Многим великим людям удается отразить своей жизнью целую эпоху — и лишь некоторым из них доводится стать свидетелями и активными участниками сразу нескольких эпох. Именно такой получилась судьба выдающегося композитора Исаака Шварца: в ней оставили неизгладимый след многие драмы ХХ века — репрессии, война, отлучение от профессии, распад СССР. Но этот опыт трагедий и побед Шварцу удалось преобразовать в великую, знакомую каждому россиянину музыку — от песен из культовых кинофильмов до вошедшего в историю концерта, посвященного холокосту. О том, как Шварц стал свидетелем целого столетия, рассказывает материал из специального проекта «Ленты.ру» «Музыка судьбы. Жизнь и кино Исаака Шварца».

1932 год, конец лета. Софья Шварц привела младшего брата Исаака в Ленинградский дом художественного воспитания детей. У дверей приемной комиссии толпились взрослые и дети: кто пришел на балет, кто на кларнет, кто на барабан — кругом шум, гам. Софья, встретив подругу, вышла с ней поболтать и пропала. А очередь уже подошла к двери! Девятилетний Исаак глубоко вдохнул, вошел в класс и решительно направился к роялю. Усесться за него получилось не сразу — коротенькие ножки едва доставали до педалей.

— Меня зовут Исаак Шварц, я исполню «Лунную сонату» Людвига ван Бетховена, — звонко объявил мальчик.

— А где же вы обучались музыке? — удивленно спросил председатель комиссии.

— Нигде не обучался! Я подбираю мелодии на слух. Но я слышал, как это произведение разучивала моя сестра.

Вся комиссия дружно расхохоталась. Но мальчика это не смутило. Он повернулся к роялю и пальцем — безошибочно! — набрал на рояле первую часть сонаты. Члены комиссии остолбенели, а потом спохватились: кто привел в класс юного гения? Софью долго искали. Исаак был принят обучаться игре на рояле.

Фото: Nataliabiruk / Shutterstock / Fotodom; Михаил Воскресенский / РИА Новости

Спустя много десятилетий именно этот музыкальный инструмент займет центральное место в любимой шутке Исаака Шварца. «Мне бы ее только до рояля довести», — будет говорить Шварц при виде какой-нибудь прекрасной дамы. Поразительная правда заключается в том, что стоило Исааку Иосифовичу довести до рояля кого угодно — и человек тут же оказывался под чарами композитора. Играл он виртуозно и мог это делать часами. Скорее даже — не мог не играть.

Шварц всю свою жизнь тянулся к музыке, которая стала его опорой в голодной ссылке, в опустевшем после блокады Ленинграде и далее на многие годы. Можно сказать, это была обоюдная любовь — музыка окружала его с самого детства.

«На стене висел брехунец»

Федор Шаляпин, Леонид Собинов, Игнаций Падеревский, Артур Шнабель… Маленький Исаак любил перебирать богатую коллекцию грампластинок любимого папы, когда его не было рядом. Он заслушал все собрание отца так, что мог напевать многие мелодии наизусть. Нашлись пластинки с композициями еврейских скрипачей Миши Эльмана и Яши Хейфеца — обманувшись мягкостью их имен, юный Шварц был уверен, что слушает виртуозную игру не взрослых музыкантов, а детей.

Может, и ему удастся как-нибудь оказаться на пластинке?

Исаак Шварц родился в Ромнах, что в Сумской области, 13 мая 1923 года. Мальчик, в отличие от двух своих старших сестер, не застал самых страшных событий предыдущих десятилетий — революции, разрушительной гражданской войны и страшного голода, поразившего регион. И все же эхо турбулентного времени еще долго отзывалось на улицах их родного городка.

В Ромнах Шварцы обосновались благодаря деду Исаака по материнской линии, перебравшемуся в Полтавскую губернию из Прибалтики. Несмотря на суровые времена, для еврейских семей осложненные еще и запретом на проживание в больших городах, оба родителя Исаака еще до революции получили хорошее образование. Его мать Рахиль Соломоновна окончила Киевский коммерческий институт, а отец Иосиф Евсеевич — филологический факультет Петербургского университета. Там же, в столичном вузе, филолог-арабист работал, а в Ромны приезжал на каникулы.

Исаак всегда с нетерпением ждал отца из Ленинграда, поскольку с его прибытием дом каждый раз преображался

Заходили интересные гости, звенела посуда, играла живая музыка, звучали песни на разных языках — украинском, русском, идише. Иосиф Евсеевич был обладателем непревзойденного баритона.

На иллюстрации: Исаак Шварц в детстве с семьей; Иосиф Шварц; город Ромны в 1920-х

Фото: meshok.net; gtn-pravda.ru; public domain

В начале 1930-х Исаака перевезли в Ленинград к отцу. Семья жила в самом центре, близ Невского проспекта, в тихом и уютном Поварском переулке. Музыка звучала и в этом доме, причем не только из граммофона. Радиоприемника у Шварцев не было, но на стене в маленькой детской Исаака висела черная тарелка — репродуктор, или, как его иронично называли в семье, брехунец, из которого помимо брехни звучала музыка.

На Ленинградском радио почти каждый вечер транслировали постановки Мариинского театра оперы и балета, Малого оперного театра, городской филармонии. Оперы передавали целиком, диктор еще и содержание актов рассказывал. Маленький Исаак, не выходя из дома,........

© Lenta