55 лет назад, 25 октября 1971 года, мир лишился человека, чье имя стало синонимом ракетно-ядерного щита, — Михаила Янгеля. В его судьбе немало парадоксов. Потомок запорожских казаков, коренной сибиряк — но молва упорно приписывала ему немецкое происхождение и даже связь с Вернером фон Брауном. В ракетную отрасль пришел поздно, но успел побывать начальником Сергея Королева. Ему говорили, что его ракеты не полетят, — они стали фундаментом стратегической обороны СССР и головной болью Пентагона. Во время одной из страшнейших катастроф в истории отечественного ракетостроения он выжил, но это было ему в тягость. «Лента.ру» рассказывает о тихом интеллигентном человеке, создавшем оружие апокалипсиса.

Последние одиннадцать лет жизни он провел под тяжелейшим прессом. Его додавливала не система, а он сам. Его преследовала одна и та же сцена: он из хорошо защищенного бункера видит, как за углом вспыхивает огромная ракета, как тонны ядовитой смеси из ее баков обрушиваются на головы людей. Люди вспыхивают как свечки и испаряются. Другие бегут, но огонь их настигает, и на асфальте полигона от них остаются лишь горстки золы.

24 октября 1960 года. Это был самый страшный день в его жизни. Эту ракету создал он. Ее испытывали его друзья и коллеги. Что-то пошло не так, потому что он позволил себе расслабиться и ослабил контроль. И то, что он выжил, мучило его больше всего.

Катастрофа 24 октября 1960

Катастрофа сказалась на здоровье Янгеля: он перенес инфаркт и получил ожоги рук. Карандаш выпадал из ослабших пальцев. Снова и снова он пытался воссоздать в памяти обстоятельства катастрофы, рвал листок на части — и принимался заново.

В годовщину трагедии ученый пропал из дома, его рыдающим нашли в парке. Вдовы и матери погибших товарищей повторяли при встрече одно и то же: «А вы остались живы». Эти голоса не оставляли в покое.

Парадоксально, но это был и пик его могущества: он входил в тройку самых влиятельных ракетных конструкторов наряду с Королевым и Челомеем.

Остановиться он не мог, шел дальше, создавая новые ракеты. Но тот день остался с ним навсегда. Это история Михаила Янгеля.

Михаил Янгель родился 7 ноября (25 октября по старому стилю) 1911 года в селе Зырянове, которое, по словам местных, лежало «всего в двух месяцах ходьбы от железной дороги».

Сибиряками Янгели стали, когда буйный нравом запорожский казак Лаврентий однажды замахнулся на помещика, обдиравшего его как липку, железным серпом. За это его с семьей выслали в глухую Сибирь. Лаврентий — дед Михаила Янгеля.

К моменту рождения Миши семья уже вросла в сибирскую землю. В небольшой избушке, помимо него, отца Кузьмы и матери Ангелины, ютилось десять детей (позже родился еще один ребенок). Кормились крестьянским трудом, а также традиционными для тех краев охотой, рыбалкой, сбором грибов и ягод.

С детства Миша с отцом и братьями ходил в глухую тайгу. Он с восхищением смотрел, как отец лихо стреляет белок. Но настоящий перелом произошел, когда однажды на них напал медведь, а Кузьма Янгель не растерялся, прыгнул медведю на спину и крикнул мальчикам: «Стреляйте!» Тогда Миша, вероятно, впервые почувствовал, что безвыходных ситуаций не бывает.

В семье Янгелей происхождение фамилии связывали со словом «янга» — казацкий черпак, в котором варят похлебку. Можно было всю жизнь вариться в этой самобытной среде, охотиться в этих снежных лесах, растворить свою силу и потенциал в повседневных заботах, как поступали предки. Но Миша уже в двенадцать начал протаптывать собственную тропу.

Была Зырянская начальная школа, Нижнеилимское высшее начальное училище, житье у тетки в Иркутской области.В 14 лет стал комсомольцем.

— Все, батя, уезжаю, — сказал Михаил, положив на стол комсомольский билет.— А что с ним? Нельзя тут? — покосился отец.— Нет. Понимаешь, батя, началась индустриализация.— Грамотные больно стали, — проворчал для вида Кузьма Лаврентьевич.

Заседание ячейки РКСМ (Российский коммунистический союз молодежи) клуба Межрабпом, 1920-е

И поехал Михаил Янгель в Москву, где жил его старший брат Константин.

«Микрослепок нашей истории»

Москва двадцатых кипела и выглядела городом возможностей. Если в глухом лесу главным примером был отец, здесь — старший брат.

Константин Янгель заполнял время плотно. Учился в университете, работал на заводе стеклографии, на ткацком производстве.

Михаил обратил внимание, что при ткацкой фабрике есть курсы фабрично-заводского училища (ФЗУ). Можно учиться без отрыва от производства. Там он влюбился в технику — в совершенство британских и бельгийских станков.

На занятиях впитывал информацию о механизмах, очень любил черчение. Биографы отмечают, что перечитал в библиотеке не только все книги по механике и физике, но также философские и исторические труды. Это........

© Lenta